Международная панорама 2025 года: мир в зоне турбулентности

2025 год запомнился продолжающимися конфликтами и войнами. Мир вновь оказался опасно близок к тотальной войне. В 2025 году ее удалось остановить, но это не значит, что риски ушли. Нынешние правила игры в мире доживают свой век, но международные акторы все еще пытаются ее использовать для урегулирования конфликтов. Не везде и не всегда это получается сделать.

Report подводит итоги, представляя вниманию читателей обзор наиболее запоминающихся событий, произошедших в мире в уходящем году.

Хорошими делами прославиться нельзя

Дональд Трамп в январе вернулся в Белый дом. Его политический курс, как и ожидалось, оказался прямо противоположен линии предшественника Джо Байдена. Трамп никогда не скрывал, что намерен откатить и перенаправить в иное русло значительную часть решений, принятых при администрации "сонного Джо".

По мнению американского президента затянувшаяся глобальная нестабильность стала обузой даже для Вашингтона. Новый старый президент решил примерить на себя роль миротворца и сосредоточиться на завершении или заморозке ключевых конфликтов. О том, насколько искренними и эффективными оказались эти попытки, можно спорить долго, однако факт остается фактом: ряд мировых лидеров, включая президента Азербайджана Ильхама Алиева и премьер-министра Армении Никола Пашиняна, публично поддержали выдвижение Трампа на Нобелевскую премию мира.

Впрочем, премию в итоге получила венесуэльский политический деятель Мария Корина Мачадо, о которой намного реже упоминается в СМИ, и далеко не каждый вспомнит в чем заключаются ее заслуги. Сложилось ощущение, что лауреата определяли по принципу "кому угодно, лишь бы не Трампу". Возможно, причина кроется в том, что на сегодняшний день президент США остается одним из немногих по-настоящему пассионарных мировых лидеров. А возможно, речь идет о банальной зависти. Тем не менее, американский президент активно использовал тезис о том, что он за год остановил 8 войн.

Еще одно ключевое направление в политике Трампа в этом году – это пошлины. Он не скрывает, что "пошлина" его любимое слово и в нем он закладывает не только экономические, но и политические меры воздействия на страны-партнера. Многие предрекали торговые войны из-за стремления Трампа обложить большинство стран высокими пошлинами. Но глобальной торговой войны, в целом, удалось избежать. США с большинством стран нашли компромиссные варианты по пошлинам по принципу "все довольны".

И вновь продолжается бой

Украинский кризис в 2025 году окончательно перешел из фазы ожидания перелома в фазу стратегической усталости. Активные боевые действия продолжались, однако их интенсивность заметно снизилась по сравнению с предыдущими периодами. Ни одна из сторон не смогла добиться решающего преимущества, а линия фронта в целом стабилизировалась, несмотря на локальные изменения.

На фоне этого усилилась дипломатическая активность. Возвращение Дональда Трампа в Белый дом привело к пересмотру американского подхода к конфликту. Вашингтон стал все отчетливее сигнализировать о необходимости поиска политического решения, что вызвало неоднозначную реакцию как в Киеве, так и среди европейских союзников США. Европа, в свою очередь, все острее ощущала экономическую и социальную нагрузку, связанную с затянувшимся украинским конфликтом.

В течение года неоднократно обсуждались различные форматы переговоров и варианты заморозки конфликта. В итоге в конце года США предложили свой вариант сделки из 28 пунктов, который сейчас сократился до 20 пунктов. При этом ни о полноценном мире, ни о формальном завершении войны речи не шло. Вашингтон продолжает консультации с Москвой и Киевом. При этом по главному вопросу мирного плана – территориальному – позиции сторон диаметрально отличаются. Таким образом, 2025 год не стал переломным для украинского кризиса, но обозначил его переход в новую стадию - стадию затяжного противостояния, где военные инструменты постепенно уступают место дипломатии, а ключевым фактором становится не победа, а предел выносливости сторон и их союзников.

90 секунд до полуночи

Ситуация на Ближнем Востоке в 2025 году несколько стабилизировалась, хотя был момент, когда все могло пойти по очень плохому сценарию. Регион оказался на грани крупномасштабного конфликта после того, как противостояние между Ираном и Израилем перешло в открытую фазу.

Тель-Авив обвинил Тегеран в создании ядерного оружия, что в корне меняло бы баланс сил на Ближнем Востоке. Иран, в свою очередь, категорически отрицал подобные обвинения, заявляя, что его ядерная программа носит исключительно мирный характер. Все это вылилось в 12-тидневную войну, которую остановили США ударами по ядерным объектам Ирана. Эффективность атаки до сих пор остается предметом споров среди экспертов, однако сам конфликт в условном смысле был исчерпан. При этом, и Израиль, и Иран объявили себя победителями в этой войне, говоря боксерской терминологией, "по очкам".

Параллельно Вашингтон приложил значительные усилия для снижения напряженности между Израилем и Сектором Газа. Разрушенная Газа долгое время представляла собой поле бесконечных боевых действий между ЦАХАЛ и радикальной палестинской группировкой ХАМАС.

В результате при посредничестве США были достигнуты определенные договоренности, которые можно считать промежуточным успехом. Несмотря на периодические инциденты на контрольно-пропускных пунктах, горячая фаза конфликта завершилась: авиаудары прекратились, здания перестали превращаться в руины. Перед международным сообществом теперь стоят два ключевых вопроса - как восстанавливать Газу и что делать с ХАМАС. Ответы на них, возможно будут получены уже в следующем году.

А что Кашмир?

Индо-пакистанское направление в 2025 году вновь напомнило, что замороженные конфликты в Южной Азии остаются таковыми лишь до первого удобного повода. Очередное обострение началось на линии контроля в Кашмире, где Индия и Пакистан обменялись обвинениями в провокациях, нарушениях перемирия и поддержке диверсионных групп.

Индия настаивала на том, что Пакистан продолжает использовать радикальные элементы в качестве инструмента давления, тогда как Исламабад обвинял Нью-Дели в милитаризации региона и жесткой политике в отношении местного мусульманского населения. Риторика быстро приобрела силовой характер и сопровождалась переброской войск и демонстративными военными учениями.

Особую тревогу у международного сообщества вызывал тот факт, что обе страны обладают ядерным оружием. Даже ограниченный инцидент в таком случае потенциально мог иметь непропорциональные последствия. В итоге при активном внешнем посредничестве опять же США стороны вернулись к привычной формуле сдерживания: конфликт был вновь заморожен.

Тайско-Камбоджийская борьба

В 2025 году неожиданно возникла напряженность в Южной Азии. За один год Таиланд и Камбоджа умудрились дважды вступить в открытое вооруженное противостояние. Обе стороны традиционно обвиняли друг друга в нарушении режима прекращения огня, и разбираться в том, кто начал первым, по большому счету для мира это было не важно.

Мир, уставший от непрекращающихся конфликтов, меньше всего хотел видеть еще одну войну - теперь уже в Южноазиатском регионе. На этом фоне внешние игроки, прежде всего США, активизировали посреднические усилия. Вашингтону дважды удалось склонить стороны к соглашению о прекращении огня.

Насколько прочным окажется этот мир, сказать сложно. Однако, конфликт противоречит интересам сразу нескольких региональных и вне региональных игроков, и на данном этапе остается надеяться, хотя бы на его относительную стабильность.

У нас новый Папа

Одним из заметных событий 2025 года для католического мира стала смерть Папы Римского Франциска II. Его понтификат отличался активной внешней позицией и стремлением адаптировать Католическую церковь к меняющемуся миру.

После его кончины в Ватикане был созван конклав. Ожидания от нового Папы формировались в логике изменившейся мировой политики: от него ждали либо консервативного разворота, либо продолжения умеренного курса предшественника.

В итоге был выбран компромиссный понтифик, во многом близкий по взглядам своему предшественнику. Практически сразу он обозначил приоритеты своего папства - миротворчество и межконфессиональный диалог, сделав их ключевыми элементами своей внешней деятельности.

Папа Римский уже совершил посетил Ближний Восток, включая Турцию, Ливан и Иорданию, подчеркнув символическую роль Ватикана в поддержке мира и стабильности в регионе. Тем самым Святой престол дал понять, что намерен и дальше участвовать в глобальных процессах, не ограничиваясь сугубо духовной повесткой.

2025 год завершился без глобального взрыва, однако оставил ощущение, что мир лишь временно удержался на краю. Конфликты никуда не исчезли, надежда на прекращение бесконечного противостояния пока слабая, но именно она остается последним инструментом, позволяющим верить, что следующие годы будут менее разрушительными. Кроме этого, нынешняя ситуация все больше актуализирует вопрос о новой архитектуре мировой безопасности. Смогут ли ведущие мировые акторы договориться об архитектуре безопасности, которая их устроит, остается открытым. И это можно считать главным итогом уходящего года.